Мой диабет - мои правила! Восхождение на Казбек. День 3 и 4

Продолжение увлекательной и мотивирующей истории о восхождении на Казбек (высота - 5047 м).

Главный герой - Pavels Rozens (30 лет, СД 1, стаж диабета - 9 лет)

День 3 и 4. Вперед!
 

Мой диабет - мои правила! Восхождение на Казбек. День 3 и 4

День третий. 

Проснулись мы в 6 утра. Поели, накормили собаку, которая всю ночь спала рядом с нашей палаткой и продолжили путь.

Поскольку мы потеряли один день (из-за моего желудка), то решили идти сразу до Метео, без промежуточной стоянки, что делало набор высоты слишком резким (1500 м вместо запланированных 600 м), зато экономило нам 1 день.

Есть два относительно простых варианта взойти на Казбек. Первый - от Метео с 3700 м на вершину. Путь наверх занимает около 8 часов + назад. И второй вариант, который мы хотели предпринять - сначала зайти на плато 4200 м, переночевать и оттуда уже восходить на вершину. Так проще и с зимней ночевкой было бы интересней! 

Метео или Бетлеми Хут - это здание с разноцветным фасадом на высоте 3673 м. Овальный дом, построенный еще в сороковые, сначала был альплагерем, потом метеостанцией. Сегодня это снова приют для альпинистов. Это место, как космический корабль, замерший во времени, остров, отрезанный ледником…  

На каждый час маршрута я ем 1/2 баунти, стараюсь держать сахар на 8, но он, конечно, иногда пробует убежать вверх или вниз. Во время завтрака и обеда у нас порядок задом наперед: в первую очередь мы все делаем, потом едим и сразу выходим. Никаких поел-полежал. Я колю заниженную дозу инсулина на обед, чтобы сжечь его по пути. В общем, все просто.

Комплект ручек, глюкометр, глюкагон висит на шее в водонепроницаемом зиплоке. У Нино такой же – запасной. С начала восхождения на сам ледник он тоже всегда у нее на шее под одеждой, а у подножия, где жарко - в рюкзаке рядом с питьевой системой. Еще один большой запас инсулина и дополнительных глюкометров лежат в водонепроницаемом мешке в рюкзаке, поближе к бутылке с водой. Но с момента ледника переедет ко мне под одежду. Ночью все это «добро» живет в моем спальнике. Я постоянно проверяю: «Нино, где комплект?». Понимаю, что надоел жутко. Нино, спасибо тебе за терпение!  Но мой страх - замерзший инсулин. Если глюкометр еще можно отогреть, то инсулин - нет.

Перед самым ледником, мы встретили Георгия. Он собирался в ту же ночь идти на восхождение со своим другом от Метео. Но у одного из них ночью заболела голова и никто никуда не пошел. Перед ледником я одел «кошки». Остальные – «смелые», решили идти просто в ботинках. В кошках идешь по льду, как по асфальту, гораздо легче, чем по тропе. Бурый ледник в тумане и караван уходящих вверх лошадей оставлял ощущение другой планеты…

Перед самой Метео, мы слишком рано взяли вправо, и выходили по отвратительной сыпухе, без тропы. В итоге, последние метры пришлось карабкаться на четвереньках по осыпающимся камням, а за спиной начинала урчать гроза. В такой легкой панике я забрался наверх, а Нино вывели ребята обходным путем к основной тропе, которую мы пропустили. Очень не хотелось застрять там, в грозу, в сумерках, на скользких камнях. Гроза попугала, но так и не началась. 

Поставили палатку рядом с группой  из России (всего было больше сотни палаток) и пошли на кухню внутри Метео.

Внутри есть несколько жилых помещений с нарами, комната гидов, курилка (она же – склад) и кухня.  Все стены пестрят наклейками агенств спортивного туризма и надписями. Нет ни одного "живого места", потолок увешан флагами. Висят объявления о пропавших без вести… Вокруг здания бардак, в конце лагеря свалка мусора - никто ее не вывозит. Туалет - это, конечно, дырка в полу будки, внизу обрыв, очень удобно, даже смывать не надо ) Запах правда сильный. Кухня забита, все сидят впритык друг к друг-другу: чехи, поляки, русские, украинцы, литовцы, голландцы, немцы. Варят на горелках или газовой плите. Некоторые купили сервис на Метео и их кормят.

Георгий работает гидом в простых горных походах с ночевками в деревнях, его здесь знают и нас гостеприимно  накормили рисовой кашей, насыпали конфет, сыра, колбасы.

Дышать тут тяжело по двум причинам: первая – это высота. Прошел до кухни, как будто бежал туда со всем рюкзаком - отдышка. Вторая причина  -  сухой разреженный воздух с пылью от камней. В пыли все. Палатка наполнилась пылью за день. Фарингитный кашель тут у половины. Особенно, у старожилов и курящих, такие тут тоже есть. 

Нино была на Метео 3 года назад, говорит, что совсем ничего не изменилось. Наверное, тут ничего и не должно меняться, тут свой мир. 

Здесь я не встретил ни одного очевидно слабого или глупого человека. За ледником качество людей поразительно другое. Те, кто сюда пришли держат себя спокойно, эти люди знают свои силы, у них правильная речь, конструктивные мысли. Никто не хвастает победами, о горах говорят с уважением: «Меня пустила гора, дала постоять на себе и отпустила домой».

После всех сборов, привязывания палатки к камням, перекладывания вещей и попытки уместить 50 кг вещей и двух тел в крошечной палатке весом 2,2 кг, мы, наконец, заснули. 

День четвертый.

Проснулись и обнаружили, что вода в луже от родника за ночь замерзла.

Родников тут несколько, вытекают они  из железных или пластиковых трубок. В качестве воды мы не уверены и всегда добавляем обеззараживающие таблетки - никогда не знаешь, что или кто лежит выше по ручью. Из-за этого вкус воды напоминает бассейн, зато на душе спокойно.

Днем +15/20, ночью минус. Солнце на высоте сушит губы, нос горит, тыльная сторона ладони цвета светофора. Мы рады тому, что чувствуем себя  хорошо, что на сей раз горная болезнь прошла мимо.

Горная болезнь развивается с 3000 м и срывает добрую половину восхождений. Как правило, она начинается ночью или во время отдыха - люди просыпаются, как с похмелья. Становится сложно двигаться, любое действие требует больше сил. На Метео она была заметна у трети людей.

Лекарство от горной болезни только одно - спуск. Есть, конечно, препараты, но они только снижают симптомы, и если тело не способно акклиматизироваться, то они только оттянут неприятный финал. Кроме того, большинство из этих препаратов не подходят диабетикам - поднимают сахар. 

Мы дома специально тренировались, делали упражнения на задержку дыхания по методу Вим Хофа. Этот сумасшедший голландец адаптировал тибетские дыхательные практики и смог дойти до базового лагеря Эверестa в шортах, пробежать марафон по снегу босиком, просидеть полтора часа в ванной со льдом, проплыть 100 метров подо льдом и так далее по списку запредельного. Пишут, что его метод имитирует гипоксию, улучшает иммунитет, сопротивляемость холоду и адаптирует к высокогорью. Не знаю, что нам помогло больше: дедушка Вим или милдронат, но чувствовали мы себя хорошо! 

Полдня мы просто отдыхали: ели, пили чай на скамейке, раз в час я  прогуливался или подтягивался. На Метео начал расти сахар, сам по себе и я стал подкалывать промежуточную единичку фиаспа - помогло. Это было ожидаемо, я слышал, что у многих людей с диабетом потребность в инсулине после 3000 м увеличивается.

Вскоре узнали, что завтра-послезавтра начнётся гроза. Это означает, что наш план - перенести завтра лагерь на плато, а потом взойти, провалился, так как мы застрянем на плато в грозу. Перспектива сидеть в грозу на открытой ледяной «тарелке», продуваемой всеми ветрами, и ждать хорошей погоды не улыбалась.

Лагерь ожил: кто-то отправился на плато, кто-то готовился идти на штурм ночью. А у нас не было ни сил, ни световых часов на шестичасовой переход и сборы. Обстановку подогревали люди, спустившиеся с горы и показывающие идеальные фото.

Мы переговорили с Георгием и его другом, тоже Георгием. Выяснилось, что сегодня с Метео идет чуть ли не пол-лагеря и решили тоже идти одной связкой в четыре человека. Собрали вещи, термос с  чаем, немного еды, варежки-верхонки (талисман от Натальи), и легли спать в семь вечера. Будильник должен был разбудить нас в 00:00. Штурм планировался на 2 часа ночи. 

Продолжение здесь

Читайте также: Мой диабет-мои правила! Восхождение на Казбек. День 1 и 2

Комментарии (0)

Вы не авторизированны

Не пропускай новости от “Сахарка” - присоединяйся к нам в Facebook